Меню
  • $ USD 00,00
  • € EUR 00,00
Назад »

В России вывели новые сорта картофеля — в два раза урожайнее традиционных

  • Источник: pnp.ru
  • Фото: pixabay.com

Сегодня треть нужного для посева объема семян российским аграриям приходится ежегодно закупать за рубежом. Новый закон о семеноводстве, проект которого депутаты в декабре планируют рассмотреть во втором чтении, направлен на развитие эффективного рынка семян. Фермеры надеются, что он подтолкнет возрождение отечественных селекционных школ и позволит к 2030 году на 75 процентов обеспечить Россию собственными семенами важнейших сельхозкультур.

Жизнь за семена
Мало кто задумывается над тем, сколь стратегически важна обеспеченность страны семенами. Это можно понять только в условиях, когда существование государства поставлено под вопрос. Как не вспомнить о сотрудниках Всесоюзного института растениеводства, которые в ленинградскую блокаду ценой собственной жизни спасали от гибели вавиловскую коллекцию.

Тогда несколько ее хранителей — Дмитрий Иванов, Александр Щукин, Лидия Родина — умерли от голода, но не тронули из бесценного собрания ни одного зернышка доверенных им для сбережения образцов риса, овса, масличных культур. Позже экспонаты первого в мире банка генов культурных растений селекционеры широко использовали для выведения новых сортов.

Селекционные школы СССР отличались высоким уровнем. Страна полностью обеспечивала себя семенами сельхозкультур, благодаря, как считают эксперты, правильной организации семеноводства. В его структуру входили селекционные центры и региональные учебно-опытные хозяйства. Они тиражировали и масштабировали сорта, потом материал шел в семеноводческие хозяйства, которые уже обеспечивали семенами товарное сельхозпроизводство.

Два года назад глава Совета Федерации Валентина Матвиенко охарактеризовала ситуацию в семеноводстве как катастрофическую. Обеспеченность российскими семенами на тот момент была менее 63 процентов.

Корни проблемы, как сказал нашему изданию вице-спикер Госдумы Алексей Гордеев, не в отсталости российской селекции, а в том, что в 90-е годы резко сократилось финансирование, разрушились связи аграрной науки и сельхозпроизводителей, ушли многие профильные специалисты. Это привело к развалу прежней эффективной системы. Открылось окно возможностей для зарубежных компаний, чем они не преминули воспользоваться и достаточно легко зашли на российский рынок».

Взять картофель, по которому у нас колоссальная зависимость, приводит пример глава Комитета Госдумы по аграрным вопросам Владимир Кашин. «У нас имелись  свои уникальные картофельные сорта, специализированные НИИ и опытные хозяйства. А мы клюнули на голландские технологии, забросили семеноводство, селекцию, стали покупать семена. Было 500 плодоводческих питомнических хозяйств, — уничтожили почти все. Крепко подразорили научные институты, сейчас восстанавливаем потерянное, чтобы реанимировать генетическо-селекционную работу и семеноводство».

Финансовые потери
Селекция и семеноводство — основа продовольственной безопасности страны и драйвер роста экспортного потенциала. По семенам зерновых и зернобобовых культур доля отечественной селекции составляет от 75 до 92 процентов. Но есть перекосы по другим культурам. От общего объема посеянной в 2021 году сахарной свеклы российские семена составляют всего 2,97 процента, кукурузы — 42,9, подсолнечника — 21,8 процента.

По данным Минсельхоза, в 2020 году аграрии закупили 104 тысячи тонн импортных семян на 592,4 миллиона долларов при объеме российского рынка семян около 1,4 миллиарда долларов. 28 процентов объема — материал из Франции и Венгрии. Больше половины в структуре импорта заняли кукуруза и подсолнечник, около четверти — пшеница и семенной картофель.

Академик РАН Салис Каракотов допускает, что цифра переплат за импортные семена может быть еще выше: по подсолнечнику до 50 миллиардов рублей в год, сахарной свекле — от 3 до 4 миллиардов, сое и картофелю — по 3 миллиарда рублей.

Зависимость от импортных семян означает, прежде всего, финансовые потери. Чем доходнее для производителей культура, тем ощутимее зависимость. Например, наши семена подсолнечника почти в два раза дешевле французских, швейцарских, немецких. Меньше себестоимость — выше рентабельность продукции. И наоборот.

Достижения российского агропрома в последние годы очевидны. Доходы от его экспорта превысили доходы от продажи оружия. Экспорт АПК складывается из поставок продовольственной пшеницы, фуражного ячменя, кукурузы, подсолнечника, подсолнечного масла (доля РФ с Украиной — 50 процентов мирового рынка), а также дальневосточной сои.

Но парадоксально, что даже по экспортным позициям (подсолнечнику, кукурузе и сое) наша зависимость от импортных семян составляет от 65 до 35 процентов. Еще выше она по таким важным культурам внутреннего потребления, как сахарная свёкла, картофель, яровой рапс, овощи.

По яровой пшенице, где Россия с 30-х годов является прародительницей мировых брендов, за последние семь лет доля отечественных семян упала на 14 процентов.

От худого семени не жди доброго племени
Не секрет, что крупные хозяйства склонны закупать семена иностранных компаний и сортов. Во-первых, отечественные сорта уступают по объемам производства. Во-вторых, не имеют комплексного сопровождения, то есть технологий, удобрений и средств защиты для конкретного сорта, объясняет Салис Каракотов.

Примечательно, что зарубежные конкуренты пытаются пролезть в Россию даже с озимой пшеницей, где мы полностью обеспечиваем себя семенами, которые доступнее, дешевле и лучше. И некоторым мировым компаниям удается как-то зарегистрироваться на нашем рынке, недоумевает Салис Каракотов.

Владимир Кашин замечает, что раньше в реальное поле допускались семена не ниже третьего класса (селекции). Сегодня 17 процентов посевов производится некондиционными семенами. В том числе и зарубежного происхождения. Тут и контрафакт, и семена, не терпящие второго года хранения. Бывает, что негодные семена выдаются за мировые бренды. В ряде регионов, дополняет Салис Каракотов, высеваются семена четвёртой, пятой, шестой репродукций. Это уменьшает урожай на 30-40 процентов.

Потери на рынке семян зависят не только от затрат на импорт, но и от несвоевременного обновления имеющихся отечественных сортов. Сегодня создание эффективных сортов — это еще и ответ на глобальный вызов роста цен на мировом продовольственном рынке. То есть опять все упирается в селекцию.  

Почему при полном благополучии с пшеницей в РФ используется мало семян высоких репродукций, то есть элитных, с наилучшим качеством? Притом что субсидии на элитные семена делают их по затратам сопоставимыми со стоимостью обычной товарной пшеницы. Ответ простой: потребность в них выше предложения. Задача — увеличить производство «элиты», чтобы высевать ее или семена первой, в крайнем случае — второй репродукции, замечает Салис Каракотов.

Доля элитных и прочих семян в РФ отличается не только в сравнении с другими странами, но и по регионам, в зависимости от почвенно-климатических условий, объясняет Владимир Кашин. К тому же в производстве сахарной свеклы, кукурузы, подсолнечника и рапса используются гибридные семена, которые должны обновляться ежегодно.

Федеральная программа устранит зависимость АПК от импорта
Научно-обоснованной законодательной нормы, которая бы обязывала каждое сельхозпредприятие ежегодно высевать шесть-семь процентов элитных семян, нет. На уровне регионов ее можно бы ввести, полагает Салис Каракотов, ученый и предприниматель. Прежде следует разработать технологический регламент производства продовольственной пшеницы. По доктрине продовольственной безопасности ежегодный рост объема производства семян высших репродукций на пять процентов отодвинут к 2030 году.

Как проникают на рынок некачественные семена? Это вопрос к госконтролю в данной сфере, отвечает Владимир Кашин. Законопроект о семеноводстве как раз призван укрепить эффективность контрольных (надзорных) мероприятий за соблюдением установленных требований. Скажет свое слово и внедрение информационной системы контроля за оборотом семян.

В 2019 году на совещании со статс-секретарями министерств Валентина Матвиенко сказала, как была поражена, услышав в тепличном хозяйстве одного из регионов, что «петрушка, укроп и салат — это тоже импортные семена». Действительно, по данным Плодоовощного союза России, овощеводство защищенного грунта зависит от импорта семян на 75 процентов, а в случае применения технологии светокультуры — на 100.

Селекционных центров, где производились бы семена томата и огурца для применения в теплицах режима досвечивания, в РФ пока нет. Между тем доля томатов в товарных ресурсах за 2020 год составила всего 54,7 процента при показателе продовольственной безопасности 90 процентов.

Инструмент устранения импортозависимости по семенам — реализация Федеральной научно-технической программы (ФНТП) развития сельского хозяйства на 2017-2025 годы. Президент РФ Владимир Путин предложил продлить ее до 2030 года.

Председатель Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Алексей Майоров рассказал нашему изданию, что в программе — 15 подпрограмм, по которым ведущие НИИ сотрудничают с крупнейшими агрохолдингами. Есть и первые результаты, отметил сенатор.

Так, создано 19 новых сортов картофеля, из которых уже востребовано 10. В октябре глава Минсельхоза Дмитрий Патрушев сообщил, что два сорта картофеля («гранд» и «садон»), полученных в рамках ФНТП, продемонстрировали урожайность более чем в два раза выше среднего показателя.

Кроме того, произведено 220 тысяч посевных единиц гибридов сахарной свеклы, или 20 процентов потребности рынка семян. Аграрии засеяли отечественным селекционным материалом 10,6 процента площадей вместо 1,5 процента в 2018 году.

Воссоздать инфраструктуру селекции
Увеличение доли семян отечественной селекции — работа длительная и непростая, говорит Владимир Кашин. Предстоит обновить инфраструктуру, приборно-аналитическую базу селекционных центров и научных учреждений, а также обеспечить их адекватное финансирование. Нужно решать вопросы дефицита средств, слабой материально-технической базы, повышения зарплат ученых и привлечения в профессию молодых специалистов, резюмирует вице-спикер Госдумы Алексей Гордеев.

Сенатор Алексей Майоров подробно остановился на том, что уже делается. Минобрнауки создало 45 специализированных аграрных федеральных научных центров и 30 междисциплинарных научных центров в 55 регионах. Почти вдвое выросло их бюджетное финансирование, на 200 — число специалистов, количество регистрируемых результатов интеллектуальной деятельности — на 18 и селекционных достижений — на 24 процента за год. В течение трех лет запланировано масштабное обновление парка сельхозтехники.

В 63 научных учреждениях создано 100 новых молекулярно-генетических лабораторий, куда привлечено более 1000 новых научных сотрудников. Это уже сказалось на объемах производства и продаж элитного семенного материала по всем сельхозкультурам. С 2015 года они растут по три процента в год.

Чтобы развивать дальше отрасль селекции и семеноводства, Минобрнауки преобразует научную сеть. На господдержку созданных 35 селекционных центров до 2024 года дополнительно выделяется 3,7 миллиарда рублей. Этого хватит, чтобы наполовину обновить приборную базу. Координацию работ по генетическим исследованиям и подготовку кадров в области биотехнологий для селекционных институтов возьмет на себя Центр анализа генома. Новые научные знания позволят создавать районированные сорта растений, подогнанные для конкретных климатических и почвенных условий, о чем было заявлено 17 ноября на совещании у Владимира Путина по генетическим исследованиям.

Нужно усилить роль Минсельхоза  
С этого года отечественные селекционные центры получают госсубсидии. По мнению Алексея Гордеева, в этих процессах важно усиливать роль Минсельхоза. «Было бы правильно, — говорит вице-спикер Госдумы, — передать в ведомство отраслевого министерства научно-исследовательские учреждения, чтобы они уже совместно с Российской академией наук, ассоциациями и союзами агробизнеса выстраивали программу по развитию отрасли семеноводства».

Сенатор Алексей Майоров уверен, что проблема финансирования в отечественной селекции будет решена, потому что есть политическая воля руководства страны. Он считает, что надо повысить экономическую привлекательность труда селекционеров и семеноводов на основе ГЧП, разработать механизмы защиты прав инвесторов, вкладывающих средства в эту сферу. Все это следует отразить в законопроекте «О семеноводстве».

Оперативно должны быть решены и вопросы защиты интеллектуальных прав на селекционные достижения, добавляет он. Отладить систему сбора лицензионных платежей (роялти) за использование сертифицированных семян, обеспечения кадрами, сельхозтехникой и оборудованием. Требует внимания и коммерциализация результатов отечественной селекции. По всем видам сельхозкультур нужно развивать промышленное семеноводство, внедрять перспективные технологии и улучшать систему госиспытаний и регистрации сортов.

В конечном итоге новый закон должен создать все необходимые условия для развития рынка семян, считает депутат Владимир Кашин. При этом вводятся механизмы информирования отечественных производителей и потребителей о наличии на рынке качественного посевного материала с заданными характеристиками, что необходимо для получения гарантированного урожая и повышения качества самих семян. Отрасли предстоит глубокий процесс адаптации к реальным нуждам рынка. Вот тогда мы и сможем отказаться от импорта семян.

Подписывайтесь на нас ВКонтактеОдноклассниках и Instagram, следите за новостями Каменска-Уральского и России. 

Поделиться в соцсетях:

На Урале
В России и мире

Новости партнеров

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будьте первым, поделитесь мнением с остальными.
avatar